|
5 февраля в южно-сахалинском театральном Чехов-центре состоялась премьера спектакля по пьесе А.Островского
"На бойком месте". Это вторая постановка выпускника РАТИ Никиты Гриншпуна на сахалинской сцене - его
инсценировкой рассказов Шукшина, напомним, открылся нынешний театральный сезон, и первая - в качестве нового
художественного руководителя театра. Как и обещал Никита Гриншпун, свою деятельность на этом
посту он начал с постановки пьесы классика русской сцены. Во время одной из пресс-конференций, помнится,
очень солидно прозвучали его слова о том, что в "репертуаре областного драмтеатра должен быть Островский".
Должен так должен - по крайней мере, как этот принято в каждом театральном городе, будет куда водить на
коллективные просмотры школьников. Сразу нужно заметить, надежды (или опасения) на "спектакль
для школьников" не оправдались. Мнения об увиденном у зрителей и коллег-журналистов разные, но в этом
сходятся. Доминировала же оценка, емко высказанная в антракте одной из зрительниц, которая развела руками и
спросила: "Что к чему?" Ответить ей в двух словах вряд ли удастся. Прежде всего о пьесе - не
хрестоматийной, однако широко известной благодаря фильму-мюзиклу и многочисленным постановкам. Есть
драматические произведения, которые можно читать и перечитывать как литературное произведение и ценить, ни
разу не видя в театре. Островский же в одной из статей писал о том, что действительную ценность любая пьеса
имеет только при исполнении на сцене, когда ее наполняют "голоса и жесты" актеров. (Не в этом ли причина "любви"
школьников к "лучу света в темном царстве"?) И уж к этой, написанной полтора века назад комедии, собственная
авторская оценка относится в полной мере. Считается, что сюжет ее был взят из жизни - Островский,
как и Достоевский, нередко заглядывал в криминальную хронику, - но жизни, от нас уже настолько далекой, что
современный читатель найдет в ней очень мало понятного. Давно ли вы держали в руках вещь, которой больше ста
лет? А здесь - полтора века, к тому же автор отнес действие из соображений цензуры еще на "сорок лет назад". От
этого какие-то важные для понимания смысла пьесы детали стерлись. Язык устарел. Остались характеры и еще
что-то, что заставляет режиссеров до сих пор наполнять эту комедию "голосами и жестами" актеров. А времени
(эпохи) в ней уже почти нет - вот и часы на сцене есть, но они стоят (или висят?). Более того, иногда
по ходу действия актеры останавливаются и начинают произносить другой текст - отрывки из статьи Островского
"О причинах упадка драматического театра в Москве". Этот текст зрителю более понятен, чем диалоги героев с
"завсегда" и прочими атрибутами "народной речи". И вообще настолько современен, что когда актеры переходят,
понемногу переделывая цитаты из Островского, к проблемам своего театра, об этом догадываешься не сразу. И так весь спектакль - действие перемежается с отрывками из статьи автора и от этого превращается в
дурашливую пародию, в которой актеры смеются над собственными персонажами и театральными штампами.
Временами персонажи и ситуации, в которых они оказываются, становятся нам современны и узнаваемы, временами
остаются в границах своей эпохи. Играли хорошо, но, увы, о том, чтобы попытаться взглянуть на спектакль
глазами самого Островского, и речи нет - драматург не дожил бы до антракта. Сейчас трудно представить, что в
свое время классик возмущался развязностью актера, который, играя Хлестакова, задирал ногу чуть ли не к носу
городничихи, хвастаясь, что "сапоги ему шьет Поль". Иногда задаешься вопросом "а это к чему".
Например, зачем рабочие тащат вдоль рампы дурацкое пианино? Но ответить на него, в принципе, легче, чем
объяснить, чем хорош этот спектакль, сердитому зрителю, который пожал плечами "что к чему?" - и утвердился в
своем мнении. Сказать, что талантливо - потребует доказательств, а потом и не поверит. В наши дни это не всем
посильный труд - быть зрителем в театре. Конечно, плоды этого труда настолько драгоценны, что всегда найдутся
те, кто предпочтут его телевизору и кинозалу, но сколько разочарований еще ждет на этом пути публику ее
"любимого сахалинского театра", с которой вдруг заговорили со сцены "о причинах упадка"... |