Через тернии к неудачам: сентябрь-октябрь 1943 года

После возвращения "Уоху" в главную базу флота и анализа ситуации с торпедами, несмотря на "реваншистские" настроения экипажа и командного состава лодки должно было пройти какое-то время для подготовки очередного выхода на боевое патрулирование. Иными словами, механизмы и оборудование нуждались в ремонте, профилактике и межпоходной подготовке, а личный состав - в отдыхе. 30-50 дней боевого похода в замкнутом и ограниченном объеме требовали физической реабилитации. Требовало времени и выполнение обещания контр-адмирала Чарльза Локвуда - доставка с очередным крупным тихоокеанским конвоем бесследных электрических торпед из Сан-Франциско в Пёрл-Харбор. Коммандер Мортон знал, что выбирал: в районе, где планировалась операция "Уоху" практически не было быстроходных целей, но по его периметру имели место быть советские и японские минные поля. И удачную атаку электрическими бесследными торпедами можно было "списать" на подрыв на мине. Тем более каждый год в сентябре через акваторию Японского моря целой серией следуют мощные циклоны. Срывающие мины. Охотится Мортон собирался на полосе мелководья между советским и корейским побережьем, а также на северных подходах к Цусимскому проливу. Там, где сходились основные транспортные артерии Японской империи.

В "напарники" "Уоху" в штабе подводных сил Тихоокеанского флота назначили "Софиш". Правда, в отличии от подлодки Мортона экипаж "Софиш" должен был действовать в северной части Японского моря, в Татарском проливе на подходах к Хонто, Маока, Торо и Эсуторо. Американцы регулярно перехватывали передачи радиостанции японских ВМФ в Эсуторо. Интересовала их и степень интенсивности японского судоходства в этом районе. Может быть, и не только японского…

Об американских тихоокеанских конвоях известно не много. Наверное, в силу того, что японским вооруженным силам не удалось разгромить ни один из них или нанести такому конвою хотя бы крупное поражение, в отличии от атлантических конвоев англо-канадцев, регулярно попадавшим "под раздачу". Просто американцы относились к прикрытию своих конвоев, ходивших в Тихом океане, очень серьёзно и привлекали солидные силы для эскортирования транспортных судов. Даже в то время, когда после разгрома Тихоокеанского флота США в Пёрл-Харборе остро не хватало кораблей основных классов, конвои между западным побережьем США и центральной частью Тихого океана прикрывали тяжелые авианосцы и крейсера, а с вводом в строй отремонтированные и вновь построенных линейных кораблей - и линкоры.

Правда, вплоть до апреля-мая 1942 года американцы боялись вводить крупные надводные корабли в район между Австралией, Соломоновыми островами и Большими Зондскими островами - негативно сказывался режим экономии на гидрографических исследованиях в этом районе и устаревшие карты. Необозначенные на картах мели и рифы вплоть до середины 1942 года американцы, австралийцы и голландцы зачастую считали днищами боевых кораблей. На радость японцам.

В фондах Государственного архива Сахалинской области хранится судовой журнал парохода "Ванцетти" за 1943 год. Судя по записям в разделе "Случаи за сутки", наш будущий сахалинский "трудяга" следовал в составе американского конвоя из зоны Панамского канала в Сан-Франциско. Но архив пока закрыт на ремонт и доберемся мы до его фондов не скоро. Это о конвоях.

Зимой 1942-1943 года фактически без районов боевой подготовки оказались балтийские и черноморские подводники. Очень непростая ситуация сложилась на североморском театре военных действий. Поэтому в начале весны 1943 года группы командиров-подводников с западных театров военных действий прибыли на Тихоокеанский флот. Командиры "эсок", "ленинцев", "щук" и "малюток" приступили к отработке учебных задач в районах боевой подготовки в районе Владивостока, Советской Гавани, бухт Находка, Ольга и Владимир. Отрабатывали уклонение от преследования противолодочных сил, стрельбу новенькими бесследными электроторпедами ЭТ-80. В роли учебных целей - один из тихоокеанских "Новиков" - эскадренный миноносец "Сталин" и только что прошедшие модернизацию сторожевики из "дивизиона плохой погоды" из состава сил главной базы ТОФ, Владимир-Ольгинской и Совгаванской ВМБ.

Попытка прорыва в южную и западную Балтику через систему противолодочных рубежей весной-летом 1943 года дорого обошлась нашим подводникам; понесли потери на минных полях в районе Одессы, от ударов противолодочных кораблей и авиации у берегов Крыма черноморские подводники. Усилилась активность германских противолодочных сил у берегов Северной Норвегии. Следствием был рост потерь. Компенсировали убыль в экипажах переброской экипажей тихоокеанских "щук", а также командного состава на западный театр военных действий. С апреля по июль 1943 года на североморский ТВД прибыли тихоокеанские лодки.

Вскоре начали отправлять по железной дороге и лодки-малютки. В основном на Черноморский флот.

На другом побережье Японского моря, на полигонах боевой подготовки в военно-морском районе Майдзуру, а также во Внутреннем Японском море в Куре, японские инженеры пытались приспособить корабельный радиолокатор обнаружения надводных и воздушных целей для установки на подводной лодке. И катастрофически опаздывали - подводники императорского флота несли серьезные потери от ударов противолодочных сил противника.

9 сентября 1943 года подводная лодка SS-238 "Wahoo" вышла из базы флота Пёрл-Харбор. Экипаж коммандера Дадли Мортона шел в Японское море брать реванш за неудачный августовский рейд. В торпедных аппаратах и на стеллажах в торпедных отсеках - новенькие бесследные электроторпеды. Мин заграждения на борту не было. Через несколько дней для выполнения спецоперации в Японском море ушла из базы SS-276 "Sawfish" лейтенанта-коммандера Юджина Сэндса.

13 сентября 1943 года SS-238 "Wahoo" прошла передовую базу на атолле Мидуэй, о чем в штаб подводных сил Тихоокеанского флота США в Пёрл-Харборе ушла соответствующая радиограмма.

20 сентября 1943 года SS-238 "Wahoo" должна была пройти пролив Лаперуза. Следом за ней, 23 сентября 1943 года в Японское море должна была выйти SS-276 "Sawfish". Обе лодки действовали в режиме максимальной скрытности и соблюдали радиомолчание - после августовского прорыва противник был на стороже, на акватории Охотского и Японского моря действовали эсминцы и фрегаты, в узкостях - патрульные и сторожевые катера, охотники за подводными лодками.

После форсирования пролива Лаперуза "Уоху" должна была действовать к югу от 43° северной широты, а "Софиш" - к северу. Поскольку игру "в молчанку" продолжали оба командира, то первая инфомация пришла от самих японцев.

24 сентября 1943 года подводная лодка SS-276 "Sawfish" лейтенанта-коммандера Юджина Сэндса провела разведку у города и порта Эсуторо (ныне Углегорск). Серия фотографий через перископ и непродолжительное наблюдение из подводного положения. Никакой военно-морской базы или действующего аэродрома, ночью - электрическое зарево над Торо и Эсуторо. Маяки работают в режиме мирного времени, створные знаки на месте. В море промысловые суда. И неожиданно много советских транспортных судов.

А 29 сентября 1943 года подводная лодка SS-238 "Wahoo" провела первую успешную атаку в Восточно-Корейском заливе - в результате торпедной атаки на дно пошло японское грузовое судно "Масаки Мару №2" (1238 тонн). Никаких сообщений в штаб подводных сил в Пёрл-Харборе не последовало - коммандер Мортон соблюдал радиомолчание и приёмопередатчик "Уоху" работал только на прием.

Скорее всего, японцы приписали гибель небольшого грузового судна столкновением с сорванной советской миной - такие случаи бывали в этом районе и ранее. Какой-либо реакции японских императорских ВМФ в районе гибели судна не последовало. Сказывалось преимущество бесследных электрических торпед….

Можно только предположить, исходя из информации о предыдущем рейде "Уоху" в Японское море, что оказавшись в районе интенсивного судоходства, Дадли Мортон начал вести "ночной образ жизни" - днем лодка отлеживалась на глубине, а охота начиналась ночью. Шестидневный перерыв между потоплениями судов противника также объясняется достаточно просто - "Уоху" сменила позицию. Был и ещё один аргумент в пользу отхода из района потопления первого судна - заряжать аккумуляторную батарею проще вне района интенсивного судоходства и рыбного промысла. Следующий благоприятный случай представился экипажу "Уоху" только в октябре.

5 октября 1943 года токийское радио сообщило о том, что в Цусимском проливе у западного побережья о. Хонсю американская подводная лодка торпедировала и потопила японское грузопассажирское судно - двухпалубный железнодорожный паром "Конрон Мару" водоизмещением 7908 тонн, перевозивший железнодорожные составы из Японии в Корею. Паром затонул в течение нескольких секунд. При этом погибло 544 человека.

"Уоху" опять сменила позицию. На следующую ночь ночная атака снова принесла успех - на илистое дно Восточно-Корейского залива отправилось небольшое японское грузовое судно водоизмещением 1288 тонн.

Последней жертвой "Уоху" стало грузовое судно "Канко Мару" (2995 тонн), потопленное все в том же Восточно-Корейском заливе. Коммандер Мортон повел свои подводный крейсер к острову Рёбун. Молчал и передатчик подводной лодки "Софиш" лейтенанта-коммандера Юджина Сэндса.

Зарядив аккумуляторную батарею, "Уоху" в надводном положении 11 октября 1943 года вошла в пролив Лаперуза, следуя по фарватеру, рекомендованному для советских транспортных судов.

Однако вместо традиционных дозорных и слабо вооруженных патрульных судов её встретили "морские охотники" Ch-15 и Ch-43. И базовая патрульная авиация, только что получившая на вооружение магнитометры.

Были ли у коммандера Мортона шансы на успешный прорыв? Чисто умозрительные и гипотетические. А фактически - никаких. Пока комендоры "Уоху" "работали" бы главным калибром по одному "охотнику", а из зениток - по второму, одновременно отбиваясь от атакующего противолодочного самолета, одно единственное попадание 76-мм снаряда сделало бы погружение подводной лодки невозможным.

Из имеющейся информации неясно, потопили японские корабли и самолеты "Уоху" или она сама ушла на погружение. Но экипаж "Уоху" больше не увидел Солнца в рубочном люке - система японских противолодочных минных заграждений в проливе Лаперуза не оставляла погрузившейся даже на перископную глубину подводной лодке никаких шансов.

Даже на гарантированном для советских судов фарватере стояли противолодочные мины с заглублением 14,5 метра от поверхности. Безопасное движение транспортных судов они гарантировали, а вот движение на перископной, 19-метровой глубине - уже нет.

Появившаяся в "Таймс" 18 октября 1943 года заметка "Стук в дверь" о действиях неизвестной американской подводной лодки в Японском море являлась, по сути, некрологом коммандеру Дадли Мортону и его экипажу.

По расчетам американского командования "Уоху" должна была выйти из района боевых действий в Японском и Охотском море 21 октября 1943 года. Сеансы связи с подводниками планировались к востоку от Курильских островов.

23 октября 1943 года в условленное время "Уоху" не вышла на связь. Ничего не сообщила и "Софиш", вернувшаяся из 32-дневного, безрезультатного рейда и беспрепятственно проскочившая в надводном положении пролив Лаперуза. Токийское радио, традиционно трезвонившее на весь мир о каждом потопленном корабле или судне противника, как в рот воды набрало. Исходя из всего этого командование подводными силами Тихоокеанского флота США сделало вывод о гибели "Уоху" на минах. В противном случае японцы сообщили бы об очередной победе. А здесь явно прослеживалось нежелание раскрывать хотя бы приблизительно районы и глубины постановок оборонительных минных заграждений.

Но только в 9 ноября того же года "Уоху" занесли в списки погибших подводных лодок.

Решением командования подводными силами Тихоокеанского флота США прорывы американских лодок в Японское море были прекращены до особого распоряжения. А пока… Пока команду подготовить эффективное средство обнаружения минных заграждений получили ученые, инженеры и конструкторы - командование подводными силами оставляло за собой право на реванш. И этот момент наступил только летом 1945 года.

Однако история "Уоху" получила продолжение уже в наши дни.

Александр Челноков.